В сообщении #2 о внедрении модели прозрачного рецензирования в Nature Communications ускользнуло, что речь идет о принятии практики «добровольной прозрачности рецензирования». Порочность такой практики обсудил некто Leonid Schneider здесь. Он же представил интересные данные о принятии авторами этой практики, а также фрагменты переписки с «гигантами» редакционного дела. Richard Smith, например, написал про «добровольную прозрачность» следующее «this is a silly policy and a tiny step into the past not the future.». Хотя для российских мед журналов, полагаю, это был бы «прыжок»  в будущее.

Open and transparent peer review #4 (optional PR transparency): 3 комментария

  1. А в чём может заключаться её «недобровольность» для автора? Если автор принимает OPR-модель, то подает рукопись в журнал, использующий такую модель, если нет — подает в журнал с традиционной «закрытой» моделью. Мне кажется, что не меньший «риск» в данном случае у рецензента.

  2. Недобровольность — в позиции журнала. Ведь он — сторона заинтересованная. И, в том числе, в публикации материалов от тех авторов, которые не захотят раскрывать историю рецензирования. Разумеется, «рискуют» и рецензенты. Но насколько этично с их стороны (как и сос стороны, редакции и авторов) «хеджировать» такие риски?

    1. Так выбор достаточно большой даже в России. Не хотите раскрывать — подавайте в другой журнал, не принимайте запрос на рецензирование. Опять же, в наших условиях больше рискует журнал — «пойдет» и/или «не уйдет» ли автор и примет ли запрос рецензент?
      Интересно было бы оценить сколько росс авторов публикуется/рецензирует по таким моделям в западных изданиях.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *